Языковой барьер
материал размещен 18 января 2012 в 16:37, просмотров: 503
Что ляпнули зарубежные, российские и башкирские звезды, общаясь с прессой в 2011 году Истинных ценителей искусства в ушедшем году ожидал настоящий праздник. В Уфу приезжали не только попсовики и актеры с дешевыми антрепризами, но и всемирно известные коллективы Гергиева и Спивакова, труппы питерского БДТ и столичного МХТ, а также европейские легенды Пьер Ришар и Риккардо Фольи.
Но настоящим подарком для уфимцев стал приезд родных звезд — Шевчука и Земфиры, которых нигде не любят так, как в Башкирии. Отвечая на вопросы, кто-то из звезд острил, кто-то выдавал нелепые фразы, другие же делали откровенные признания. — Я уже вырос из того возраста, когда отслеживал каждое свое появление в журналах и газетах на последних страницах с кроссвордами. Это в том нежном периоде следишь за всем и вырезаешь эти заметки в папочку. — Мне бы хотелось стать заслуженным артистом, но у меня в жизни все со сложностями. Судьба ставит меня в рамки, чтобы я не зажрался, не зазнался. Я столько времени был «неформат», что теперь сам показываю зубы. — Выход на сцену башкирской оперы сравним с первым выступлением в Ла Скала: у меня также тряслись руки, подгибались колени и перехватывало дыхание. Это можно сравнить с резким спуском вниз на аттракционе «Американские горки». — Российский рынок для реализации моих актерских амбиций маловат. К тому же моя внешность не слишком способствует тому, чтобы меня снимали в каждом втором фильме. Ну не народная у меня внешность! — Когда каждый день работаешь как спортсмен, а потом додумываешь, как донести до зрителя образ белой и черной лебеди, рефлексировать сил уже не остается. И я ни за что в жизни не поверю, что артист балета во время работы над ролью может сойти с ума. — Постоянные трения между тещей и зятем сохранились лишь в анекдотах, а в реальности уже давно ушли в прошлое. Мне кажется, что в целом все эти рассказы о враждебных отношениях — это уже анахронизм. — Когда «Салават Юлаев» набрал обороты и стал сильным и достойным клубом, я очень радовался за Уфу. В столице Башкирии у меня живут друзья, которые болеют за свой родной клуб, потому я радовался еще и за них. — После выступления мне уже хочется поехать в тихий ресторанчик, перекусить, выпить бокал пива. Даже если я и иду в ночные заведения, то беру с собой беруши. Приходится и голос беречь, потому в душе я не пою. — Я пытаюсь сдвинуть башкирскую эстраду с мертвой точки, запустить концертные проекты. Например, в Татарстане прекрасно решают эти задачи и захватывают наши территории мобильными концертными бригадами, а наша филармония спит. — Психологически играть женщину непросто. Каблуки — 12 см, туфли — 45-го размера, платье, парик, помада, тушь — приходится все это использовать. Я испытываю стыд перед спектаклем и специально беру время перед выходом на сцену, чтобы настроиться. — Я постоянно записывал интересные фразы, шутки, накапливал папки, а потом выделил время и начал в них ковыряться, нанизывая на единую структуру, и так у меня получился фильм «Неадекватные люди». — Для зрителя артистка — это что-то такое в блестках, мишуре, перемещается по сцене, как бабочка. Я же с этим надуманным образом ничего общего не имею. Хочу, чтобы мой зритель воспринимал меня отдельно от тех ролей, которые сыграла. — Сегодня мы не знаем куда деваться от шоу-бизнеса: на него работают целые телеканалы. А на джаз на федеральном уровне не обращают внимания, и давайте хотя бы на местном уровне поддерживать его. — Я не первый раз в Уфе, хороший город, здесь есть достойные клубы, есть куда сходить и, главное, живут очень веселые люди. У меня от поездок по России всегда замечательные впечатления. — Недавно понял, что я уже совсем не молодой человек. Когда шел с озвучания «Улиц разбитых фонарей», ко мне подошла девушка лет 18-ти и сказала: «Когда я была маленькая, вы были моим кумиром». Я осознал, что мне уже далеко не 18. — В Башкирии меня часто называют великим уфимцем. Я вообще не считаю себя великим, поскольку сам каждый день имею дело с такими людьми, как Моцарт, Верди, Шостакович, Рахманинов, Шнитке. — После премьеры «Бриллиантовой руки» Мордюкова мне сказала: «Ну, Светка, теперь все мужики — твои!» Она оказалась права. Тогда я настрадалась от этой роли: ко мне не относились серьезно ни как к женщине, ни как к актрисе. Считали, что я просто дура. — В провинции девушки намного приятнее. Приезжает такая в Москву — милая, кроткая, а потом так нервы вытаскивает, так ранит мужское сердце, что выть хочется. А ведь парни тоже чувствительные. И вот сидишь на кухне с бутылочкой, а она и трубку не берет. — Я считаю, что Башкортостан — это край креативных людей. Я имею в виду не только огромное количество людей, которые чего-то добились в жизни. Тот заряд добра и хорошего отношения к себе, который я получила здесь в детстве, всегда меня подпитывал. — Все мужчины одинаковые: логичны и примитивны, как собаки. Хотите сытой жизни — заводите бультерьера, желаете развлечений — вам нужен далматинец, но некоторые не застрахованы и от дворняжки. Но на первом свидании они понимают — жениться или нет. — А почему роль проститутки должна меня смущать? Меня же пригласили не работать путаной, а сыграть… Я — актриса, и мне интересно попробовать себя в разных ролях. Тем более, подобный опыт у меня уже был в сериале «И все-таки я люблю». — Я уже второй раз в этом прекрасном городе и действительно полюбил Уфу. Башкирия напоминает мне Италию. Все свободное время провожу на лошади у себя в Тоскане. Когда узнал, что здесь разводят лошадей, еще больше влюбился в Башкирию. — Башкирский режиссер Салават Вахитов не только сценарий привез, а еще прихватил с собой пару баночек башкирского меда. И мед, наверное, какой-то особый оказался. Актеры — очень капризные существа, но он нашел ко мне подход. — Я много грешил, провоцировал мир, а теперь хочу измениться, покаяться перед страной и встать на путь истины. Я не могу себя простить за легкомыслие, за то, что у меня нет детей. За все в жизни нужно платить. — На спектакле в Уфе мы так выкладывались, так старались, а зритель молчит: ну, не пошла реакция. Но удивлению не было предела, когда публика не отпускала нас со сцены минут десять, устроив овацию. Оказалось, это у башкирского зрителя характер особый. — Журналистика в регионе намного ближе к человеку. Если в столице телеведущий, создавший передачу, за которую ему может быть стыдно, после съемок сел и уехал, то региональный журналист за такой сюжет может получить по голове, выйдя в магазин за хлебом. — Как отец взрослой дочери, могу сказать, насколько важно правильно воспитывать детей. От этого зависит будущее нашего общества. Говорю это без всякого политического пафоса. Учиться профессии актера — это значит учиться жизни. — Да, я не слушаю русских композиторов-классиков. Но преклоняюсь перед русским балетом и душевностью россиян. Всегда приятно приезжать в эту большую страну, ведь здесь меня всегда встречают, как свою. — Гарантом того, что в город приедет настоящая группа, может служить только мое уродливое лицо. Мы знаем о случаях мошенничества, но что можем сделать? Зрители должны быть внимательнее: если видят афиши, где нет наших имен, то это шарлатаны. — Семья — это тыл, настоящая крепость. Мама — это моя чумачечая любовь и очень большая нагрузка. У нее достаточно жесткий характер, но я безумно рад, что она именно такая. Она учила меня: «Сынок, что бы ни случилось, улыбайся. Это многих раздражает». — Шесть лет — это огромный перерыв, но нет злого умысла в том, что не приезжала в Уфу — я ни разу не получила приглашения выступить, например, на Дне города, а вас в такие дни кормят говном. Но я все равно часть этого города. — Разорвать островное сознание Башкирии можно включением в круг культурного и художественного обмена. Научный уровень республики почти мировой, например, в авиационном университете. Но сознание провинциальное, даже в уфимской Академии наук. — Ни для кого не секрет, что Башкирия — это родина моя и моих предков. Там родился мой папа, бабушки и дедушки. И я с удовольствием несколько раз в году посещаю Уфу и деревню Уяндык. — За свой волевой характер я благодарна башкирским корням. Иначе не выдержала бы двух лет, проведенных в гипсе после четырех операций, и сегодня не могла показать свое мастерство. К родным в Раевку я приезжаю каждое лето: копаю картошку и дою коров. — Я бывал в Башкирии с другом, оперным певцом Артуром Эйзеным. Мы хорошо здесь поохотились, любовались отвесными берегами реки Белой. Природа щедро одарила красотой весь этот край. — Можете мне не верить, но я не спал уже десять дней! Это при моем-то возрасте! Ведь мне не пятнадцать лет! Я — трудоголик, люблю работать. А восстанавливаю физические силы только духовным путем. — Помню, как-то мы давали концерт в ДК «Юбилейный», где было объявлено, что всех одноклассников я приглашаю бесплатно. Так вот оказалось, что у меня их 496. Поэтому в Уфе у меня всего очень много: и однокашников, и любовей, и друзей. — Очень важно воспитывать мужчину сызмальства, чтобы он чувствовал уважение к женщине. А современные мужчины этого делать не могут — они трусы и слабаки. Но, мне кажется, что в Башкирии они еще не перевелись: я вижу в них настоящих мужиков. |









































