mk.ru : Московский комсомолец

Ситуацией на рынке банкротств обеспокоены в правительстве республики, а, по словам главы региона Рустэма Хамитова, «тема эта непростая и очень болезненная». — Тема исключительно сложная, криминализированая, ставшая источником доходов для большого количества нечистоплотных людей, в том числе и во власти, — говорит он.

Дело в том, что в случае обнаружения несостоятельности предприятий, закон предусматривает два пути развития — банкротство или финансовое оздоровление. Несостоятельным предприятие объявляют лишь с третьей попытки, а прежде вводится процедура наблюдения или внешнего управления, призванная определить, действительно ли фирма стоит на краю гибели. Назначенный судом антикризисный менеджер обязан приложить все усилия для того, чтобы спасти тонущее предприятие, но на деле получается, что арбитражным управляющим проще обанкротить вверенный им объект и распродать по дешевке имущество.
— На практике процедура финансового оздоровления в течение нескольких последних лет не применялась вообще, — рассказал президент Башкирии. — В прошлом году — в отношении лишь двух должников из почти полутора тысяч случаев. Это показывает, что банкротство стало криминальным бизнесом. На восстановление платежеспособности предприятия-должника направлена другая важная процедура — введение внешнего управления. Но она тоже вводится крайне редко — в среднем лишь в каждом двадцатом случае.

Глава Башкирии Рустэм Хамитов потребовал от членов комиссии ответа на насущные вопросы — например, почему банкротство превращается в инструмент передела собственности? Почему не работают предусмотренные законом механизмы, позволяющие восстановить деятельность предприятия? Почему почти не применяются на практике такие процедуры, как финансовое оздоровление? И, по его мнению, так и не услышал ни одного конкретного ответа.
— Сплошь и рядом мы видим, как банкротят успешные, но «интересные кому-то» предприятия, — говорит Рустэм Хамитов. — Видим, как растаскивается имущество, а работники оказываются на улице и годами не получают честно заработанные деньги.

Рустэм Хамитов отметил, что реальному оздоровлению предприятий также мешает конфликт ведомственных интересов разных государственных органов.
— Принимаемые в республике меры по финансовому оздоровлению предприятий, восстановлению их хозяйственной деятельности абсолютно не работают, — уверен президент. — Думаю, всем понятно, почему это происходит. Скажу, что банкротства стали выгодным «бизнесом», с которого «кормится» в том числе и немало чиновников.

Согласно закону, исполнительная власть никак не может повлиять на ход процедуры банкротства — заявителем об объявлении предприятия несостоятельным могут выступить налоговые органы, обнаружившие недоимку свыше 100 тысяч рублей, и фискалов часто используют различные заинтересованные лица, которым важно «зайти» на выгодный объект.

По словам г-на Хамитова, есть претензии и к работе арбитражных управляющих, у которых «вся полнота власти» и также действующих в интересах третьих лиц. Законодательство позволяет арбитражным управляющим «спасать» одновременно несколько предприятий, причем существенно отличающихся друг от друга по профилю и территориальному расположению.
— Арбитражный управляющий в полной мере распоряжается активами, но далеко не всегда в целях спасения тонущего предприятия, — говорит президент. — И зачастую он целенаправленно «топит» предприятие, получая известный процент с реализованных активов. При этом республиканские власти и органы местного самоуправления не влияют ни на назначение арбитражных управляющих, ни на принятие решений на собраниях кредиторов. Порядок реализации имущества должников в интересах государства, как и собственника, также — за пределами компетенции республиканских органов власти.

Рустэм Хамитов считает, что и сами «арбитражные управляющие не заинтересованы в восстановлении предприятий».
— И только справившись с этой системной проблемой, можно значительно продвинуться в деле их финансового оздоровления, — говорит он. — Понятно, что в условиях рынка не все могут быть успешными, и банкротство отдельных предприятий иногда неизбежно. Но оно, к сожалению, превратилось у нас в инструмент передела собственности, а не нормальный рыночный механизм.

Как утверждает г-н Хамитов, на 1 декабря прошлого года задолженность по заработной плате в республике превысила 117 миллионов рублей. Из них почти две трети — долги работникам предприятий-банкротов. При этом государство не имеет никаких рычагов для восстановления деятельности того или иного объекта.
— За экономическую ситуацию и социальную стабильность в регионе отвечают правительство республики и президент, — сетует Рустэм Хамитов. — В том числе за судьбу каждого предприятия-банкрота, каждого оставшегося без работы жителя республики, за то, что убыточные предприятия не платят месяцами своим работникам зарплаты. Не месяцами — годами.

На начало 2012 года в различных процедурах банкротства в Башкирии находятся 995 организаций и индивидуальных предпринимателей. В 2009 году Арбитражным судом РБ рассмотрено 812 дел о признании банкротства, в 2010 году — 837, в прошлом году — 1419 дел. За два года число рассматриваемых дел увеличилось почти в два раза. Республиканской межведомственной комиссии есть над чем поработать.
— Нам нужно совместно с федеральными службами, правоохранительными органами, руководителями отраслей, самих предприятий работать в единой связке на общую цель, улучшать деловой климат в республике, обеспечивать справедливую конкуренцию, стабильность и прозрачность экономической политики, вырабатывать новые современные подходы по своевременному предупреждению банкротства предприятий, содействию восстановления их платежеспособности, — уверен президент.