Чадо из ада

В Уфе от Бори Моисеева осталось одно лишь шоу

2 ноября 2011 в 15:59, просмотров: 1673

Очередное выступление ветерана фрик-сцены, вышедшего на сцену ДК «Юбилейный», анонсировалось не иначе, как «единственный концерт в Уфе».

Чадо из ада

Однако этот рекламный ход оказался несколько самонадеянным: если и на этом «единственном» концерте аншлага не наблюдалось, о каком втором выступлении могла идти речь? Билеты до 2,5 тыс. рублей расходились с трудом. Видимо, поддержать артиста, перенесшего инсульт, пришли только истинные его поклонники. А остальные зрители, заполнившие зал «Огней Уфы» два года назад, похоже, списали поп-любимца со счетов.

Борись, Борис!

В конце прошлого года Моисеев так отпахал на корпоративах и новогодних огоньках, что артиста свалил инсульт, приковав к больничной койке на три месяца. Так что пока недвижимый Борис пребывал в коме, в новогоднюю ночь зрители всех главных кнопок могли лицезреть песни и танцы артиста, выбивающегося из последних сил.
— На мой взгляд, Борю просто изнасиловали, — негодует бывший продюсер Моисеева Евгений Фридлянд, который работал с ним с 1997 по 2010 годы. — Загнали непрофессионально организованными гастролями и огромным количеством совершенно ненужных телесъемок, которые, как сдача крови, не проходят бесследно.

После болезни артисту приходилось заново учиться говорить, есть, ходить. Одной из самых незабываемых сцен отлично разыгранного представления под названием «Возвращение дитя порока» стала поездка Моисеева в мужской монастырь. За артистом, только что выписавшимся из больницы, неотступно следует съемочная группа канала НТВ, снимающая фильм о возвращении звезды с того света, однако телевизионщики в свойственной им нагло-лживой манере заявляют, что «в гости к Богу» Борис Михайлович отправляется «в тайне от всех». Причем съемки в богатом церковном антураже подсунули зрителю чуть ли не как «уход певца в монастырь». Однако перед встречей со священником стилист подкрашивает бледнолицему артисту губки и подводит глазки, что со скоромной монастырской жизнью не особо вяжется.

Настоятель приезду знаменитости не удивлен: «У нас здесь уже и Караченцов был», — роняет он со скучающим видом.
— Я много грешил, провоцировал мир, а теперь хочу измениться, покаяться перед страной и встать на путь истины, — еле ворочая языком, пафосно провозглашает артист. — Я не могу себя простить за легкомыслие, за то, что у меня нет детей. За все в жизни нужно платить.

Моисеев, и в правду, за долгие годы своей творческой деятельности творил на эстраде все, что заблагорассудится — озвучивал громкие признания интимного характера, укладывался на сцене в гроб, эпатировал публику платьями, стрингами, лосинами, кричащим макияжем. А четыре года назад неожиданно даже для его поклонников стал заслуженным артистом России. Однако признание эпатажной звезды на госуровне воинствующих поборников морали не остановило. Во многих городах России, куда заезжал Моисеев с концертами, продолжились акции протеста. Гастроли саботировали общественные организации, служители культа и юродивые, потрясая иконами. Например, организация «Православные матери» заклеивала афиши певца в Ростове-на-Дону и Тольятти, надписывая сверху: «Осторожно, извращенец!». А в Твери областное казачье общество распространило заявление, что концерт Моисеева — это «открытая пропаганда содомского греха». Против гастролей певца в Дагестане выступило мусульманское духовенство. Но дальше всех пошел священник Екатеринбургской епархии РПЦ иеромонах Флавиан, который улегся перед входом в местный ДК, где должен был пройти концерт Моисеева.

«Извращенцам — клиники», — потрясали гневными плакатами православные кликуши и напророчили-таки артисту больничную койку.

Возвращение извращения

Видимо, поэтому настоятель монастыря был несколько обескуражен и растерян, принимая в гостях одиозного исполнителя, которого его коллеги объявили «проповедником разврата». Но церковное шоу продолжается: артист усердно молится, чуть не расшибая лоб, скупает пачками свечки, зажигает лампадки, а после трудов праведных с удовольствием чавкает постной монастырской пищей.

Но недоброжелатели, уверенные, что инсульт — ни что иное, как наказание свыше за содомский грех, рано хоронили эпатажного Моисеева: 57-летний исполнитель восстановился уже к середине лета. Для начала выступил в гей-клубе перед «своими», а после этого отважился выйти на сцену юрмальской «Новой волны».

Уже после начала концертной деятельности, когда артикуляция певца пришла в норму, образ кающегося грешника был уже не актуален, а потому отброшен за ненадобностью.
— Я изменился, — продолжал твердить восставший из больничного ада Моисеев, но при этом уже добавлял, что его шоу «станут еще эпатажнее».

Моисееву повезло больше, чем актерам Фараде, Караченцову или Белявскому, которым из-за прогрессирующей болезни не удалось вернуться в профессию: Моисеев не только восстановился и вышел на сцену, но даже рискнул отправиться в изматывающий и для здорового человека гастрольный тур.
— Сейчас Боря — глубоко больной человек, — уверен экс-продюсер артиста Евгений Фридлянд. — Через полгода после инсульта начинать гастролировать — чистой воды безумие. Этот чес может закончиться для него трагически.

Лолита, уставшая бороться со своим непослушным коллегой и другом, наплевавшим на советы врачей, в отчаянии предложила даже привязать Моисеева к стулу.
— Безусловно, Борис слишком поспешил вернуться к гастрольной деятельности, — не стал отрицать директор певца Сергей Горох. — Но, к сожалению, с ним ничего поделать нельзя: он просто требует везти его на гастроли.

В самоубийственный тур с программой «Танец в белом» Моисеев отправился под лозунгом «Я вернулся».
— Моя болезнь еще продолжается, но я вернулся только ради публики, — признался артист журналистам Ижевска, откуда приехал в Уфу. — Это моя печаль, но и моя сила. Новую программу я сочинил на больничной койке.

В премьерное шоу вошла композиция «Края», написанная Николаем Трубачом. Песню Моисеев записал 20 декабря, а вечером этого же дня артиста сразил инсульт. Другой премьерой стали «Римские каникулы» — песня, подаренная Раймондом Паулсом и спетая вместе с Вайкуле.
Стоит отметить, что друзья артиста прошли нехилую проверку на вшивость: в трудные дни реабилитации Моисеева поддержали Буйнов, Лолита, Кобзон с супругой, сама примадонна с Галкиным и Вайкуле.
— Я очень люблю Лайму, — с трудом отчеканивает артист в одной из телепрограмм, где встретился с певицей.
— А я очень люблю Берту, — шокирует Моисеева певица, обнародовав «подпольную» кличку дитя порока.

Исполнил Борис и свои хиты — «Глухонемую любовь», «Петербург-Ленинград», «Звездочку», «Черный бархат» и «Голубую луну».
Примечательно, что теперь даже «доинсультные» композиции приобрели иной смысл: «Тут мне больно, а тут — не очень, эта боль слишком сильная — в клочья, на куски меня разрывает», «А на слезы сил не осталось, но я живу, и я улыбаюсь». Или вот еще: «Бешеное сердце взрывается, стучит: может разгореться пожар в ночи, бешеное сердце пускай сгорит дотла». Даже зажигательно-эротическая перепевка «Армии любовников» «Дай мне огня» звучала по-новому печально: «Разжигай это пламя, я догораю, дай мне огня». А строчки куплета были полны неутешительной констатации: «Знай, опаленным крыльям не суждено летать».

Прощальная гастроль

— Страшно уходить в мир иной, я не хочу умирать, — выжимая из зрителей слезу, откровенничал артист в интервью НТВ.
Но, похоже, Моисеев все же хочет проститься с жизнью, причем прямо на сцене, как заправский артист. В окружении певца свидетельствуют, что каждое выступление стоит ему колоссальных усилий. От непомерных нагрузок у Моисеева вновь появились проблемы со здоровьем — нарушение речи и искажение мимики лица. На некоторых выступлениях он даже не находит в себе сил говорить. Все эти симптомы физического истощения не остались незамеченными и уфимскими зрителями.

Обычно разговорчивый исполнитель ограничился лишь сухим приветствием, чеканно выдавив из себя: «Здравствуй, любимая Уфа». Но что Уфа — всего три буквы. Представляем, каких нечеловеческих мук стоило ему произнести «Екатеринбург», где он успел выступить в понедельник… Не было ни фирменных «Балкончик! Партерчик!», ни смачных матерных ругательств, которыми Боря обычно балует свою публику. Если артист и раньше никак не мог выучиться открывать рот в такт фонограмме, то и дело забывая слова, то теперь делать это артисту мешает болезнь: подводит и память, и речь. Борис вспоминал слова, лишь когда они уже прозвучали в динамике. Он старательно смыкал и размыкал непослушные губы, когда вступали бэк-вокалистки, и забывал открывать рот, когда начиналась сольная партия.

При этом все представление не отпускало чувство, что Моисеев в качестве приглашенной звезды выступает в паузах между номерами его балета, танцоры которого царили на сцене. Но надо сказать, что шоу у Бори всегда отменное. Особенно запомнился номер с зеркалами, который сопровождал композицию «Края».

В новой программе Моисеев очень активно использовал видеоинсталляции. В одной из них портрет артиста появлялся после изображения Путина и Медведева. Видеошутка Бориса, который считает себя по значимости чуть ли не третьим человеком в стране, зрителям показалась странноватой.

Все шоу было выполнено в черно-белой гамме, лишь изредка этот строгий стиль разбавляли всполохи красных нарядов танцовщиц. Сам Борис не позволил себе изменять этим двум цветам, появляясь то в черных, то в белых костюмах, некоторые из которых были декорированы стразами.

Но нельзя не отметить, что сцена, зрительские аплодисменты и крики «Браво!» артиста буквально преображали: Моисеев, как и прежде, активно двигался, делая сложные па. Правда, ближе к концу полуторачасового выступления на него больно было смотреть: одутловатое лицо все чаще искажала гримаса боли, а часть верхней губы отказывалась слушаться, предательски оттопыриваясь вверх. В иные моменты Моисеев так переигрывал лицом, изображая сильные чувства, что зал в едином порыве приподнимался на креслах: казалось, будто у артиста случился сердечный приступ.

Оказалось, что гастроли — не только жизненная необходимость для Моисеева-артиста, но во многом вынужденная мера для Моисеева-человека. Болезнь сильно пошатнула не только его физическое состояние, но и материальное. Сбережений у певца не осталось совсем, он был вынужден даже продать дом в Барвихе и переехать в квартиру в центре Москвы. А поскольку гастроли для отечественных артистов — практически единственный источник дохода, тур поможет собрать деньги на дальнейшее лечение, если, конечно, окончательно певца не угробит.






Партнеры