Город-призрак

Более половины жизни город Агидель мечтает о лучшей доле

16.06.2010 в 14:01, просмотров: 15194

В июне исполнилось 30 лет со дня основания башкирского города атомщиков — Агидели. А в сентябре этого года стукнет 20 лет, как свернули строительство атомной АЭС, ради которой и строился целый город. Ради которой в Агидель ехали специалисты со всего Советского Союза, а одновременно с энергоблоками строились в больших количествах детсады и школы.

Город-призрак

В 1992 году в Агидели только в одной школе насчитывалось 17 первых классов, а средний возраст жителей был 29 лет. Город создавался специально для обслуживания АЭС, но 20 лет назад, люди, поселившиеся в нем, оказались заложниками, потеряв не только работу, но и средства к существованию. К 2000 во всем городе первоклассников набралось только на два класса. Здесь не растет местное кладбище — покойников увозят хоронить на родину.

Сегодня многие говорят, что стройка прекратилась из-за атомофобии — взрыв ядерного реактора в Чернобыле в 1986 году заставил поволноваться многих. Однако, как оказалось лучшее средство для лечения такого рода страхов — безработица и экономическая разруха. После того, как жители Агидели нахлебались полной ложкой безрадостной жизни рядом с неработающей станцией, сегодня здесь все мечтают о возобновлении строительства атомной АЭС. Но возведение станции откладывается еще на 10 лет.

Пикник на обочине
 
«Старая узкоколейка брала свое начало здесь, у развалин ремонтных мастерских, и бежала дальше по краю болота по насыпанной гряде, а через несколько километров поворачивала туда, где много лет назад что-то случилось с атомной станцией. Но было что-то еще, что превратило десятки квадратных километров пустыря в Зону», — это отрывок из книги Александра Дядищева «Тени Чернобыля», который сразу вспомнился, когда перед нами открылась законсервированная площадка башкирской атомной электростанции.

Ржавые пустые ангары, железобетонный фундамент с торчащей арматурой, узкоколейка, заросшая травой — все это и внешне напоминает чернобыльскую зону. А рабочие в камуфляже и противогазах, висящие на металлических конструкциях и выполняющие плановые работы по консервации и вовсе напоминали «сталкеров» — охотников за таинственными артефактами в зоне, посещенной инопланетянами, талантливо описанной братьями Стругацкими.

А ведь еще 20 лет назад здесь гудела комсомольская стройка, где ударными темпами, по лучшим проектам московских архитекторов возводился город будущего — поселение атомщиков. В стране советов правили умные головы — еще в 60-х годах прошлого года задумавшие создать новые энергоресурсы с помощью атомных станций. Одновременно с этим шла разработка и подготовка к серийному производству новых поколений атомных реакторных установок, турбин, генераторов. Наиболее перспективными и надежными были признаны установки с водо-водяными корпусными энергетическими ядерными реакторами ВВЭР. Первый серийный реактор разработали в Харькове, и впоследствии они появились на многих атомных электростанциях Советского Союза. По типовому проекту атомной электростанции мощностью 4000 МВт, состоящей из 4 моноблочных энергоблоков с реакторами ВВЭР-1000 должны были быть построены Ростовская, Крымская, Башкирская и Татарская АЭС — их рассчитывали запустить на стыке 80-х и 90-х годов.

Город атомщиков Агидель в 1979 году решили строить в 45 километрах от Нефтекамска на месте двух деревень — Кабаново и Новокабаново. Сельские жители, кстати, стали первыми новоселами в только что возведенных многоэтажках в 1980-м — они разбивали около новоприобретенных домов настоящие сиреневые и смородиновые сады — выкапывали кусты и везли с собой. Проектирование города с «чистого листа» позволяло избежать многих градостроительных проблем — Агидель получила широкие просторные улицы, удобные транспортные развязки, удачное расположение по розе ветров, распределение жилых и парковых зон, огромную больницу. 56 многоэтажек стоят посреди степи, на крутом берегу реки Белой.

— Мы думали в первую очередь о людях, — рассказывает глава дирекции БашАЭС Владимир Дмитриев, 30 лет назад руководивший строительством города. — Сначала возводились объекты соцкульбыта, а лишь потом площадка под АЭС. Вложили огромные средства, колоссальный труд и неужели все зря?

Трудно быть богом?
 
Строительство атомной станции в Агидели прекратили постановлением Верховного Совета БАССР в 1990 году. Власти приняли это решение под давлением так называемых «зеленых», устраивавших митинги и пикеты под стенами Белого дома. Разгулявшиеся демократы взяли в союзники именитых ученых, доказывающих, что строить станцию на «тектоническом разломе» или, по другой версии «плавающем на болоте грунте», нельзя ни в коем случае. Как выяснилось позже — никакого разлома, а тем более болот, на этом месте нет — сейсмологи уже 20 лет мониторят этот участок и не обнаружили ничего похожего, а согласно обследованию российской академии наук площадка башкирской АЭС удовлетворяет нормативным документам по тектоническим и сейсмическим условиям.

Наверное, многие умные люди плакали, узнав, что доморощенные экологи добились своего — за 10 лет в Агидель вложили 700 миллионов советских рублей, создав не только станцию, но и всю инфраструктуру города-спутника. А через несколько лет атомный реактор уже мог запуститься и обеспечить дешевой энергией всю республику и Урал.

Теперь понятно, что борьба за закрытие атомной станции была запланированной пиар-акцией неких сил, похоже, мечтающих лишить страну энергетического развития. Одновременно с прекращением возведения АЭС в Агидели, приказали долго жить строящиеся атомные электростанции в Камских полянах (Татарстан), Теплодаре (рядом с Одессой), Щелкино (Крым) и Чистых Борах (Костромская область) и Ростове. Практически во всех случаях участки для строительства были признаны геологически нестабильными, при том, что — 80% работ на этих станциях уже были завершены. Готовность к работе Ростовской АЭС и вовсе составляла 95%. Запланированный пуск на начало 90-х во всех городах был сорван по настоянию экологов.

Кроме того, прекратились стройки атомных станций в Архангельске, Краснодаре, Харькове, Чигире и Южном Урале, но их возведение не вышло за стадию подготовительных земляных работ.   
В это же время оказались остановлены уже работающие АЭС в Обнинске (на севере Калужской области), Северске (рядом с Томском), Висагинасе (Литва), Славутиче (рядом с Киевом) и Актау (на юго-западе Казахстана). Кстати, армия «зеленых», побушевав по поводу прекращения строительства АЭС, как-то незаметно рассосалась. В Башкирии экологических бунтов больше не наблюдалось за всю постсоветскую историю.

Остается только гадать, какую цель преследовали люди, развернувшие масштабную акцию запугивания населения мирным атомом. Кто-то полагает, что свертывание российской промышленной ядерной программы пролоббировали американцы, потерпевшие неудачу в аналогичных проектах. Кто-то уверяет, что стремительно летящая в тартарары Россия в начале 90-х годов прошлого века просто не справилась бы с монументальными и дорогостоящими объектами, а потому стоящие у власти чиновники спешно закрывали стройки, чтобы окончательно не разорить казну.
 
Понедельник начинается в субботу
 
При этом почему-то никто не подумал, что же будет с людьми в «атомных» городах, когда строительство прекратится. В момент закрытия стройки в Агидели проживало 16 тысяч человек, а без работы в одночасье остались чуть ли не половина из них.

На семь лет, до 31 декабря 2003-го, пока башкирское законодательство не привели в соответствие с федеральным, Агидель указом главы республики Муртазы Рахимова получила статус «зоны экономического благоприятствования», а попросту говоря оффшорной зоны. Предприниматели, решившиеся вести свой бизнес в городе атомщиков, получали льготы в уплате некоторых региональных налогов. Преференции были небольшими, но привлекли в город достаточно средств, чтобы поддержать брошенное государством население. Страшно подумать, что стало бы с людьми, не будь этих семи лет.

В 1998 году башкирский парламент отменил постановление своих советских коллег о прекращении строительства АЭС и сегодня за возведение атомной станции выступают как руководство республики, так и российское министерство атомной промышленности, но денег ни у кого нет.

 

Дирекция БашАЭС ныне стала филиалом концерна «Росэнергоатом» и теперь получает средства на содержание площадки, появилась программа развития атомного энергопромышленного комплекса России до 2020 года, но назвать конкретные сроки возобновления строительства не может никто.

— Мы сохраняем, охраняем, ремонтируем и поддерживаем в хорошем состоянии более 230 объектов, чтобы при развороте строительства не тратить время на их восстановление, — объясняет руководитель БашАЭС Владимир Дмитриев. — Сегодня на балансе находится зданий и сооружений более чем на миллиард рублей. Но строительство пока откладывается на 2020-2030 года.

По словам г-на Дмитриева, современный реактор ВВЭР, который планировалось возвести в Агидели, абсолютно безопасен и надежен.
— Вывести его из строя невозможно, — говорит Владимир Андреевич. — Безопасность работы реактора обеспечивает более сотни включений.

Зигат Хабиров проработал в Агидели 25 лет. Начинал мастером, потом трудился директором железобетонного завода, пока и его не закрыли на консервацию — сегодня это ржавые, покосившиеся конструкции.

Сейчас Зигат Муртазинович — главный инженер отдела капитального строительства законсервированной АЭС. Он ведет нас к закрытым блокам.  
— Будет большой человеческой глупостью — не возобновить строительство, — уверен г-н Хабиров. — Электроэнергия, вырабатываемая АЭС очень дешевая и продавать ее можно куда угодно, где есть линии электропередач. А площадка очень удобно расположена географически — на стыке трех республик — Башкортостана, Татарстана и Удмуртии.

Зигат Муртазинович показывает на огромное пустое здание — это бывшее автотранспортное предприятие, принадлежавшее строившейся станции. В свое время оно насчитывало около 800 единиц техники — нигде в Башкирии предприятия такого масштаба нет, и не было.

По словам г-на Хабирова, выделяемых денег едва хватает на то, что бы сохранить уже построенные объекты. Но главный инженер не падает духом:
— Стройка будет, город будет. АЭС нужно и республике, и России в целом.

А пока на сохраненной базе бывшего управления производственно-технологической комплектации в Агидели строят крупный порт река-море, с выходом по судоходной реке Белой к Черному, Белому и Каспийскому морям. Транспортировка грузов водным транспортом, по расчетам проектировщиков, будет намного дешевле, чем наземным или воздушным. Ввод объекта запланирован на 2011 год, в отличие от атомной станции, которую будут поддерживать в законсервированном состоянии еще не менее 10 лет.

Гадкие лебеди
 
Однако сейчас все понимают, что атомная энергетика может спасти мир от энергетического кризиса. Газ и уголь в ближайшем будущем будут дорожать. Альтернативные источники энергии по стоимости и объемам не идут ни в какое сравнение с традиционными.

По материалам бывшего представительства РАО «ЕЭС России» суммарный прогнозный уровень электропотребления в зоне Республики Башкортостан оценивается в объеме 256,7 млрд кВт/ч. При этом, прогнозируемый минимальный дефицит электроэнергии в Башкирии к 2015 году возрастет с нынешних 6,7 до 13,5 млрд. кВт.ч. Реально покрыть его можно только за счет атомной электростанции. Следует также отметить, что использование Башкирской АЭС вместо обычной электростанции приведет к весьма значительной экономии органического топлива (особенно природного газа, запасы которого ограничены, и который является важнейшим экспортным сырьем). По подсчетам специалистов среднесуточный доход от БашАЭС будет составлять 57-58 млн рублей. Работа атомной станции для региона — льготные тарифы на тепло и электроэнергию и миллионные вливания в местные бюджеты.

Возобновление строительства подхлестнет все сферы экономики. На сооружение атомной станции потребуется огромное количество высококачественного металлопроката, труб, арматуры, кабельной продукции, сложнейшей контрольно-измерительной  аппаратуры, электроприборов. А за всем этим — десятки, сотни заводов, предприятий, учреждений, и самое главное — людей, специалистов, обеспеченных постоянной, высокооплачиваемой работой.

Но в ожидании лучших времен уже прожили свою молодость тысячи людей. Сегодня мужчины из Агидели в основном работают на Севере.
— Семью-то содержать надо, — говорят они.
Те, кто в конце 80-х приехал в Агидель, так и остались здесь, нарожав детей. Куда им теперь податься? Агидельские власти договорились, что в Обнинске на специалистов-атомщиков будет обучаться не менее 200 местных выпускников. Но и эти инженеры, похоже, в родном городе останутся невостребованными.
У агидельцев по-прежнему жива надежда на возобновление строительства атомной станции, которого они ждут уже 20 лет. А впереди еще столько же?