«Нога» и копыта

Макс Покровский: «Петь на ипподроме в Уфе — особое чувство»

23.07.2014 в 17:01, просмотров: 1121

На минувшей неделе группа «Ногу свело» выступила на пивном фестивале в столице Башкирии. Лидер команды Макс Покровский порадовал зрителей не только старыми и всем известными песнями, но и совершенно новыми композициями. Так, например, он исполнил «Май Нэйм из Дик». К слову, публика была весьма удивлена, что в свои 46 Покровский более чем активен.

«Нога» и копыта

На уфимской сцене он отплясывал так, что ему запросто могут позавидовать гораздо более молодые музыканты.
Команду «Ногу свело» можно назвать долгожителями на российской рок-сцене. Во-первых, команда существует аж с 1988 года, а во-вторых, за все это время ребята не утратили своей популярности и по-прежнему успешно гастролируют.

— У вас зачастую весьма абсурдные тексты песен. Вас вдохновляет поэт Хармс? — интересуемся у Макса.
— В молодые годы мне много говорили, что тексты «Ногу свело» похожи на Хармса. Скажу честно, он забавный, но лично мне не нравится.

— Часть песен на ваших альбомах записана на английском языке. Для чего?
— Когда в начале 90-х мы делали альбом «Хару Мамбуру», в Москве было очень модно петь на английском языке либо его имитировать. Так что это была дань моде. А вообще я с большим трудом представляю себе мексиканцев, афроамериканцев или японцев, танцующих русские народные танцы или поющих русские народные песни. Наш стиль музыки хорошо звучит только на английском. Сама структура рок-музыки такова. Конечно, большинство наших песен на новом альбоме на русском, и мы дальше будем петь на родном языке. Но на английском все же звучит гораздо лучше.

— Некоторое время назад вы занимались сольным проектом…
— Мне просто хотелось делать другую музыку. И делать ее не в рамках «Ногу свело» было удобнее. Послушайте песню «Шопинг» и вы поймете, о чем я говорю. На каком-то этапе работы мне нужно было понять, что я могу делать что-то еще помимо «Ногу свело». Это для меня была новая степень свободы и состоятельности. Сейчас я наоборот все свои сольные заготовки использую в «Ногу свело».

— Как относитесь к глобализации?
— Смотря как понимать этот термин. Если относиться к нему как процессу, когда весь мир контролируется корпорациями, то не вижу в этом ничего хорошего. Когда сетевые отели, корпорации фастфуда и авиакомпании поглощают маленькие компании — то это очень печальный процесс. Я уже давно зависим от своего Apple ID, не могу припарковать машину в центре Москвы, в пределах Садового кольца, если у меня нет мобильного телефона и достаточного количества денег на нем. Я родился и вырос в Москве и хочу парковать машину, где мне удобно. Если я все-таки должен платить за это, то наймите человека или поставьте нормальный автомат. Ведь я вообще могу не иметь мобильного телефона. В плане же музыки глобализация — хорошая вещь. Это отлично, когда в одном проекте сочетается работа людей из разных стран. Например, видео на песню «Истанбул» было сделано в Стамбуле, а идея полностью придумывалась в Москве.

— О чем мечтаете?
— О расширении наших музыкальных границ, о выходе за рамки русского языка. Моя мечта — сделать успешный интернациональный альбом. Я повернут на том, что музыка интернациональна. Но, разумеется, я бы хотел, чтобы на этом альбоме были и русские песни, чтобы родной язык зазвучал за рубежом.

— Ваши коллеги «Парк Горького», Pussy Riot, «Тату» смогли добиться такого успеха либо на политической волне, либо на скандальном поведении…
— Вы правы, «Парк Горького» на волне перестройки, а «Тату» на волне лесбийской темы. Насчет Pussy Riot могу сказать, что я не выступал в их защиту, но и не одобряю тех государственных деятелей, которые так к ним отнеслись и так их наказали. Это была с двух сторон какашка. Мне такие пути к успеху не очень понятны. Конечно же, в пользу «Парка Горького» и «Тату» говорит то, что их музыкальный продукт был самого высокого качества.

— Вы часто говорите, что в Москве вам некомфортно жить. А где хотели бы поселиться?
— Я и в этом интервью могу сказать, что в Москве некомфортно. Да везде в общем-то некомфортно... На моей даче в 10 тысяч раз лучше, чем в Москве. Но в столице сосредоточена моя работа, поэтому приходится здесь жить. В последнее время много времени провожу в Лос-Анджелесе, это тоже очень некомфортный город. Но я бы с удовольствием проводил там больше времени ради работы. Два самых лучших места на земле — моя дача в Подмосковье и Лондон. С удовольствием проводил бы там 30-40 процентов своего времени.

— Ваш сын Илья и дочка Таисия увлекаются музыкой?
— Про детей не люблю говорить и вообще не хочу их включать в это информационное пространство.

— Насколько серьезно увлекаетесь верховой ездой?
— Серьезный подход требует времени. Вот к музыке у меня серьезный подход, а верховая езда мне просто очень нравится. Находится на ипподроме в Уфе — особое чувство, я бы с удовольствием сейчас покатался.