Башкирский эксперт: «Кризис заставляет идти вперед, отбросив отжившие стереотипы»

По мнению финансового аналитика, восстановление может занять до пяти лет

21.05.2020 в 04:12, просмотров: 1328

Коронавирус и самоизоляция, девальвация рубля, падение мировых цен на энергоносители неизбежно вызывают тревожные ожидания и неуверенность в завтрашнем дне. Общественное внимание сосредоточено на социально-экономических мерах, которые помогут выбраться из пике с минимальными потерями. Что нам ждать в будущем, и готово ли российское и башкирское правительства справиться сразу с несколькими кризисами, мы спросили у финансового аналитика Раиса Тайбугина.

Башкирский эксперт: «Кризис заставляет идти вперед, отбросив отжившие стереотипы»
архив МК

- Можно ли сказать, что мы достигли дна и хуже уже не будет?

- Согласно системному анализу, проведенному экономистами и политологами, говорить о «дне» пока еще преждевременно. Кризис 2020 года по сравнению с предыдущими, которые случаются каждые восемь-десять лет, осложняется его комплексным характером, когда одновременно с и так начавшимся спадом мировой экономики и снижением спроса на энергоресурсы мы наблюдаем глобальную пандемию, которая с экономической точки зрения приводит к падению, а в некоторых отраслях и к полной ликвидации спроса на товары и услуги. По этой причине все больше аналитиков говорит о том, что этот кризис – это проявление более долгосрочных циклов развития экономики длительностью 40-60 лет, характеризующихся сменой технологических укладов. В качестве доказательств этой гипотезы приводятся кризисы в 30-е годы – великая депрессия, в 70-е годы – энергетический кризис. С этой точки зрения текущий кризис, скорее всего, будет более глубоким и длительным, чем, например, кризис 2008-2009 годов. В любом случае, на наш взгляд, сегодня мы находимся в начальной стадии снижения спроса и экономической активности, которая завершится не раньше осени 2020 года. Негативные последствия этого кризиса, с точки зрения падения доходов бизнеса, государства и населения, могут быть более долгосрочными и проявляться в течение нескольких лет. По моим прогнозам, восстановление может занять до пяти лет. Нужно понимать, что глубина падения и темпы восстановления отечественной экономики будут зависеть от масштабов и эффективности принимаемых антикризисных мер в первую очередь со стороны государства, но и со стороны бизнеса, и общества тоже.

- Признаться, ваши слова оставляют мало повода для оптимизма…

- Наука не всегда говорит приятные вещи. Но оптимизм состоит в том, что кризисы – это двигатели прогресса. Кризис порождает изменения, которые несут с собой не только новые риски, но и новые возможности. А еще – он самый объективный экзамен для власти и общества.

- Насколько мы готовы к таким экзаменам?

- Наше общество оказалось не готово. Реагировать на кризисы можно стратегически, то есть готовиться к ним заранее, а можно ситуационно - запрыгивая в последний вагон уходящего поезда. Боюсь, что мы не успеваем реагировать даже ситуационно. Мы столкнулись с тем, что в регионе нет даже производства собственных масок и антисептиков. Сейчас команда главы Башкирии Радия Хабирова вынуждена будет шире применять технологии стратегического планирования в экономике и хозяйстве, и это, на наш взгляд, повысит устойчивость развития региона в среднесрочной перспективе.

- Какой будет посткоронакризисная экономика республики?

- Самым неприятным социально-экономическим последствием станет снижение платежеспособного спроса. Пострадают предприниматели – упадут объемы продаж. Население столкнется с рисками потери работы. Несмотря на реализуемую политику импортозамещения, большинство наших товаров имеют импортное происхождение, а, следовательно, их цена зависит от курсов валют, прежде всего, доллара. Тот же Китай, несмотря на дружеские отношения, привязывает цены товаров не к национальным валютам, а к доллару, курс которого в последнее время снова растет. Кроме сокращения спроса мы можем увидеть и падение предложения, вызванное уходом с рынка тех компаний, которые не смогут выстоять в этот кризис. Серьезное влияние может оказать и сворачивание глобальных производственных цепочек, когда транснациональные корпорации будут сокращать свое зарубежное производство в рамках мер по повышению занятости в национальных экономиках. Достаточно вспомнить сколько транснациональных корпораций закрывало свои представительства в регионе в 2008, 2014 и 2016 годах. Однако эта непростая ситуация дает шанс нашему товаропроизводителю и бизнесу.

- Есть рецепт выживания?

- Создание новых производств и даже новых индустрий в Башкортостане - вот на что, на наш взгляд, необходимо бросить все усилия и доступные финансовые ресурсы. Как показал опыт 1998 года, дорогой доллар открывает отечественным товаропроизводителям дорогу как на внутренний рынок, так и на рынки других стран. Конечно, республиканским предприятиям по-прежнему будет сложно конкурировать с мощными транснациональными и национальными корпорациями. Ведь большинство из них можно отнести к среднему, малому и даже микробизнесу. Кризис – это как раз то время, когда должны развиваться формы совместного ведения бизнеса, такие как создание мощных кооперативов, развитие форм взаимного страхования и коллективных инвестиций. Иначе им будет трудно выжить. Кризис позволит нам очистить республиканский рынок от явно избыточных и переоцененных посреднических услуг: перекупщики, риелторы, ретейлеры, девелоперы и многие другие. В условиях низкой покупательной способностей населения, неизбежного снижения бюджетных возможностей государства, а также повышения доступности технологий электронной торговли посредническая маржа существенно сократится. Посредники на товарных рынках будут вынуждены осваивать новые экономические ниши, инвестировать накопленный капитал если не в реальное производство, то хотя бы в фасовочные цеха. Это уже прогресс.

- Насколько к преодолению кризиса готова команда Радия Хабирова?

- Финансовый аналитик отличается от гадалки тем, что в своей деятельности на основе использования современных методов исследований находит определенные закономерности и пытается оценить различные сценарии развития событий. В рамках научной прогностики чаще всего осуществляют экстраполяцию существующих трендов с поправкой на новые условия. То есть дать прогноз будущих успехов лидера можно, если ретроспективно проанализировать его прошлые успехи и неудачи.

В выборке наиболее успешных политических кампаний, проведенных командой Хабирова в 2003-2007 годах, заслуживает внимания муниципальная реформа. Тогда на опыте многих регионов России было ясно, что прямые выборы глав администраций региональных столиц почти неминуемо приводят к конфликтам между областной администрацией и столичной мэрией. Достаточно вспомнить затяжной мексиканский сериал конфликта главы Приморья Евгения Наздратенко и мэра Владивостока Виктора Черепкова. Башкирским компромиссным решением стало избрание глав городских округов и муниципальных районов депутатами местных представительных органов. Возможен различный спектр оценок нашего опыта, но именно «башкирская модель» местного самоуправления стала матрицей функционирования реального муниципального управления в большинстве регионов России. Еще одной удачной политической кампанией, заслуживающей упоминания, стала выстраивание архитектуры региональной партийной системы. В 90-е годы в Башкортостане сложился своего рода «красный пояс». Сельские районы и малые города были настроены решительно прокоммунистически на федеральных выборах. С другой стороны, оппозиционные партии не могли провести ни одного из своих представителей в башкирский парламент. То, что сегодня мы имеем одну из самых сильных региональных организаций партии «Единая Россия», а фракция КПРФ заседает в Курултае - несомненная заслуга Радия Хабирова. К тому же Радий Хабиров не на словах, а на деле доказал свою способность держать в узде бюрократический аппарат и не допускать саботажа чиновников на местах, а сейчас это особенно важно.

- А как вы охарактеризуете потенциал экономического блока в башкирском правительстве?

- В кабинете Радия Хабирова экономические полномочия сосредоточены у первого вице-премьера Андрея Назарова. Он заявил о себе как о фигуре республиканского значения еще в 2004 году. Тогда в консервативном посткоммунистическом региональном истеблишменте 90-х любой предприниматель воспринимался как нечто среднее между жуликом и рэкетиром, от которого нужно держаться подальше. Неудивительно, что бизнес находился под негласной люстрацией. Бизнесменов целенаправленно держали в стороне не только от политики и государственной службы, но и от серьезных экономических проектов. Во многом наше сегодняшнее отставание от соседних регионов вызвано таким ошибочным подходом. Андрей Назаров сумел выстроить с государством конструктивные отношения. Одним из первых успешных проектов Андрея Геннадьевича стал «Центр стратегических разработок РБ» (ЦСР). Это был первый в России пилотный проект по инсталляции отечественного «интеллектуального центра поддержки управленческих решений» - «мозговой трест», как говорят англичане, который был призван разработать модель стратегического планирования для экономики в новых рыночных условиях. И хотя по политическим мотивам ЦСР не стал первым региональным «госпланом», его опыт оказал влияние на создание современной «Корпорации развития». ЦСР разработал концепт «единого окна инновационных проектов», а это не только первый шаг на пути создания теперь уже привычных многофункциональных центров (МФЦ), но и переходу к электронному государству и цифровой экономике. Впоследствии эта инновация была существенно доработана уфимскими специалистами и легла в основу систем «Инцедент» и «Добродел». Такие практики успешно растиражированы и работают по всей России.

- Какую антикризисную программу вы можете предложить башкирским чиновникам?

- Вопрос далеко не прост, хотя и очень интересен. Я бы охотнее сыграл партию за Михаила Мишустина. На уровне регионов коридор возможностей весьма узок. Здесь невозможно влиять на денежно-кредитную политику, у регионов нет полномочий вводить протекционизм. Прежде всего, необходимо создать в республике полноценную службу стратегического прогнозирования и планирования. Для ее формирования нет необходимости раздувать штаты. Ее можно создать в рамках штатной численности аппарата правительства РБ и регионального министерства экономики. Понятное дело, что в рамках скромных возможностей региона осуществлять полноценное планирование и управление экономикой вряд ли удастся, но это лучше, чем совсем ничего. В условиях кризиса не сокращать, а напротив, наращивать бюджетные расходы. Даже в долг. Ни в коем случае не вестись на предложения республиканского минфина о массовом секвестре. Я подозреваю, что такие предложения обязательно поступят. Понять их авторов по-человечески, конечно, можно. Экономия бюджета – это основание для премирования аппарата минфина, но смерть для экономики и социальной сферы. Бухгалтер не должен управлять экономикой региона. Все скромные возможности республики бросить на поддержку предприятий реального сектора экономики, включая сельхозпроизводителей, малый и средний производственный бизнес, лесное хозяйство. Есть апробированная практика предоставления грантов. Хотя лучше это были бы возвратные целевые кредиты с нулевыми или минимальными ставками, не превышающими 1-2 процента. Потому что, скажем честно, очень многие фермеры потратили полученные гранты не совсем на развитие и расширение производства. Например, на приобретение престижных легковых авто. В нынешних условиях такое расточительство недопустимо. Выделяемые средства необходимо целенаправленно вкладывать в проекты, которые приносят прибыль и обеспечивают занятость, а не в престижное потребление. Полученную назад ссуду государство передаст другому фермеру, таким образом, деньги будут работать циклично и эффективно. Нехватку финансов и полномочий можно компенсировать более рациональным использованием имеющихся ресурсов. И здесь инструменты кадровой политики вам в помощь. Необходимо поставить «политическую бюрократию», как их называют в Великобритании, или лиц, замещающих государственные должности в России (не путать с государственными гражданскими служащими, это генералитет) в условия, когда их назначение и сохранение в должности зависит только от их социально-экономической результативности. При этом не давать заниматься очковтирательством и рисовкой статистики. Проводить независимые социологические опросы населения. В условиях кризиса надо сбросить коррупционную ренту с телеги современности. Сформировать межведомственный антикоррупционный комитет. У главы региона есть Совет безопасности, управление по вопросам государственной службы и кадровой политики, подведомственная служба кадровой оценки с самыми разнообразными техническими возможностями вплоть до детектора лжи. Пусть работают.

- Неужели так много зависит от социально-экономической результативности чиновников?

- Так получилось, что я был свидетелем начала того, как Татарстан захватил российский рынок грузового каршеринга. В ходе одного из экономических форумов в Набережных Челнах группа молодых специалистов «КамАЗа», по сути вчерашних студентов, выступила с докладом о перспективности развития каршеринга не только легковых, но и грузовых автомобилей и спецтехники на камазовской платформе. На спуске с трибуны молодых людей уже ждал помощник президента Татарстана. Дальше была аудиенция у главы региона Рустама Минниханова. После - директивные звонки директору «КамАЗа», министрам экономики и финансов с требованием поддержать инициативу ребят. Да еще был звонок в представительство Татарстана в Москве, чтобы обеспечить лоббистское обеспечение проекта на Старой площади. Если у нас хотя бы половина министров и глав администраций городов и районов будут так работать, никакой кризис нам не страшен.

- Так все-таки чего нам ждать?

- Мы пройдем кризис успешно, хотя и не без потерь. Главное - не поддаваться панике, которая страшнее, чем коронавирус и падение финансовых индексов вместе взятые. Для сильных духом кризис — это вызов, который заставляет развиваться, делать работу над ошибками, идти вперед, отбросив отжившие стереотипы. Республика Башкортостан не только успешно преодолеет кризис, но и выйдет из него более сильной и сплоченной.