- А нам попроще, - иронизирует над собой Ринат. – Мы сидим в броне и стреляем.
Надо сказать, что замкомандира танкового батальона явно скромничает, поскольку сам рассказывает истории о беспримерном мужестве и бесстрашии танкистов.
- Есть у нас Валера с позывным Шпана – он три раза выезжал на танках прямо к позициям врага, - вспоминает Ринат Галяетдинов. – И как будто какое-то чудо оберегает его и экипаж – они всегда возвращаются. Однажды в танк два раза попали дроны, и, когда наш Шпана начал разворачиваться, чтобы уйти, машина подорвалась на мине. До противника оставалось всего 100 метров. Экипаж сумел выбраться, но вернуться на свои позиции они не могли – поле простреливалось. Они очень долго сидели в лесопосадке, и, к счастью, все остались живы и вышли к нам только ночью. Мы их потеряли, связи не было. Наши дроны летали, мы смотрели – танк стоит, а экипажа нет. Когда они наконец появились, все так были рады!
В 2024 году на глазах замкомандира батальона в танк попали прямой наводкой, люк прожгло, наводчик погиб.
- Но механик-водитель не растерялся – развернулся, ушел назад и спас экипаж, - вспоминает Ринат. - Был у нас такой механик Макс: когда после попадания отказала система танка, и башня начала крутиться сама по себе, он сумел вывезти экипаж на заклинившей бронемашине. А вообще у нас это получается буднично. Это наша работа, так скажем.
Боец вспоминает, что, когда только приехал на фронт и слышал прилеты, «старался пригнуться».
- Потом смотрю – пацаны ходят как ни в чем не бывало, - рассказывает Ринат. - Есть такие бойцы, которые по звуку определяют, работает миномет или артиллерия. Они знают, что конкретно к нам летит, насколько эта «птица» опасная и умеют сбивать вражеские дроны. Сначала пользовались гладкоствольными ружьями, которые нам из Башкирии присылают охотники – ими проще сбивать «птичек», а сейчас появились и патроны с дробью для автоматов.
Ринат Галяетдинов – кадровый военный, до начала СВО служил по контакту, а незадолго до спецоперации уволился и решить начать жить гражданской жизнью.
- После учебы в Омском танковом инженерном институте по распределению попал в Уссурийск, там прослужил восемь лет, - рассказывает Ринат Фанилович. - Потом оказался в Новороссийске. В 2021 году у меня закончился контракт, и мы с женой решили ехать домой в Уфу, вернулись. Но потом я узнал, что в зоне СВО погиб мой близкий друг. Мы дружили семьями в Уссурийске, это была очень хорошая семья. Друг служил в десантно-штурмовой бригаде, их отправляют на самые тяжелые направления. Там он погиб, а я решил отомстить за него.
Ринат Галяетдинов снова подписал контракт в декабре 2023 года.
- Начинал командиром взвода, - говорит танкист. - Мой боевой экипаж – очень хорошие бойцы. У нас у всех боевой настрой – батальон-то добровольческий, мы имеем мотивацию бить врага – сами же пришли сюда, добровольно. Есть, например, у нас парень с позывным Бродяга, ему 59 лет, но он молодым фору даст своей отчаянной смелостью и умением переносить трудности. А еще танки у нас лучше, чем у врага.
По его словам, на фронте быстро слетает «шелуха»: опыт и боевые регалии.
- И оказывается, что молодые парни тоже отлично справляются со своими обязанностями, - поясняет он. - Ко всему привыкаешь, обустраиваешься. Мы даже сами сделали баню под землей.
Ринат Галяетдинов получил орден Мужества еще будучи командиром взвода за прикрытие высадки десанта.
- Выехали три БМП, и я на танке, - вспоминает он. - Отработали хорошо, вышли. Я тогда подорвался на мине, но экипаж вытащил. Экипаж тоже награжден.
Мужчинам на фронте не просто, признает Ринат.
- Звонки не всегда получается принять, иногда связи с родными нет неделями, - говорит он. - Но и на фронте, и в тылу все понимают, что иначе нельзя. Жена, понятно, переживает за меня. Но мне этого не показывает – она у меня такая, настоящая жена офицера. Надежный тыл. Позвонит, покажет детишек на камеру. Когда дети просто говорят: «Папа, я тебя люблю», – это очень мотивирует.
Сегодня башкирский танковый батальон, по словам Рината, «находится на сложном направлении, где у противника хорошо укрепленные позиции».
- Сперва там стоял другой полк, его заменили на нас, башкирский, говорят, что мы лучше справляемся, - признается он. - Потихоньку мы продвигаемся, освобождаем территории. С такими ребятами, как наши, башкирские, нечего опасаться – победа будет за нами.
